Раннее утро. Морозец по доскам. Бабка Паня не спала — лампадку гасила. Сарафан...

Раннее утро. Морозец по доскам.Бабка Паня не спала — лампадку гасила.Сарафан чистый, платок в мелкий горошек.«Ты разбуди Юрку, вместе пойдёте.Всю деревню обойти надо нынче.Первыми к тёте Шуре — у ней яйцас тайной, с узором, быстрее кончаются».Лужи под ледяной коростой.Хруст — и вода проступает.Мы говорим, как заклятье:«Христос воскресе!» — и ждём.Хозяйка крестится в угол,отвечает: «Воистину воскресе» —и в котомку яйцо,иногда пряник,редко — копейку.Идём дальше. Собаки не лают —нюхают утро.Сашка Гурылев, главный драчун на Автобазе,христосуется первым:лоб в лоб, яйцо трещит,но не дерётся.Пасха.Вечером — ветки берёзы в бутылке.Выпустили бороду корней — живое.Мама печёт журавликов, кресты со спичкой.Кому спичка — того Бог отметил,кому копейка — тому на счастье.А копейка мне.Отец, коммунист, прочитает «Отче наш»тихим голосом —не своим,как дьячок из какой-то другой жизни.Мы молчим.Мама крестится украдкой.И полы намыты до белизны,и печки побелены —потому что Христос воскрес.Не видел я попов.Не знал про Иуду.Не верил, что умру —казалось, это не про меня.Но знал:«Христос воскресе» —самые красивые слова,какие может сказать человек.И когда их говоришь —сам становишься красивым,как берёзовая ветка,которая вопреки всемураспускает почкив простой бутылке из-под молока.Теперь я взрослый.Целая жизнь прошла —подумать над этими словами.И я думал.И понял:всё не зря.Значит, не зря.Значит, Он воскрес на самом деле —не в книге, не в храме,а в том,как лужица подо льдомдышити ждёт.Христос воскресе, православные.Воистину воскресе.#Подслушано_КоверниноАудиозапись Программа+текст мой. — «Утро в ладошках»

Раннее утро. Морозец по доскам. Бабка Паня не спала — лампадку гасила. Сарафан...
Раннее утро. Морозец по доскам.
Бабка Паня не спала — лампадку гасила.
Сарафан чистый, платок в мелкий горошек.
«Ты разбуди Юрку, вместе пойдёте.
Всю деревню обойти надо нынче.
Первыми к тёте Шуре — у ней яйца
с тайной, с узором, быстрее кончаются».

Лужи под ледяной коростой.
Хруст — и вода проступает.
Мы говорим, как заклятье:
«Христос воскресе!» — и ждём.
Хозяйка крестится в угол,
отвечает: «Воистину воскресе» —
и в котомку яйцо,
иногда пряник,
редко — копейку.

Идём дальше. Собаки не лают —
нюхают утро.
Сашка Гурылев, главный драчун на Автобазе,
христосуется первым:
лоб в лоб, яйцо трещит,
но не дерётся.
Пасха.

Вечером — ветки берёзы в бутылке.
Выпустили бороду корней — живое.
Мама печёт журавликов, кресты со спичкой.
Кому спичка — того Бог отметил,
кому копейка — тому на счастье.
А копейка мне.

Отец, коммунист, прочитает «Отче наш»
тихим голосом —
не своим,
как дьячок из какой-то другой жизни.
Мы молчим.
Мама крестится украдкой.
И полы намыты до белизны,
и печки побелены —
потому что Христос воскрес.

Не видел я попов.
Не знал про Иуду.
Не верил, что умру —
казалось, это не про меня.
Но знал:
«Христос воскресе» —
самые красивые слова,
какие может сказать человек.
И когда их говоришь —
сам становишься красивым,
как берёзовая ветка,
которая вопреки всему
распускает почки
в простой бутылке из-под молока.

Теперь я взрослый.
Целая жизнь прошла —
подумать над этими словами.
И я думал.
И понял:
всё не зря.
Значит, не зря.
Значит, Он воскрес на самом деле —
не в книге, не в храме,
а в том,
как лужица подо льдом
дышит
и ждёт.

Христос воскресе, православные.
Воистину воскресе.
#Подслушано_Ковернино

Аудиозапись Программа+текст мой. — «Утро в ладошках»